?

Log in

No account? Create an account

Наследник славы отцов - 1
Война на Севере
pavel_vish
Моя семья была очень далека от военного мира.

Мамин дядя – Анатолий, брат её отца, иногда появлялся в гостях, красавец-моряк, умнейший человек, другой её родственник – статный высокий подполковник авиации, воевавший в Корее, очень рано умер, оставив после себя парадную фотографию… Ни встречи с первым, ни отрывочные воспоминания о втором не определяли атмосферу дома, тем более, что папа, специализировавшийся в томском меде именно на военно-полевую хирургию и боготворивший Пирогова, к людям в форме относился с опаской – в детстве, будучи сыном репрессированного учителя, он хлебнул от представителей МВД по полной.

Тем страннее оказался мой выбор, выбор, определивший всю мою жизнь, выбор, который свёл меня с самыми лучшими людьми в мире, выбор, давший мне верных друзей, выбор, создавший мою семью, сформировавший меня, изменивший меня к лучшему…

Став курсантом, я ощутил на себе народную любовь – в буквальном смысле этого слова. Люди всегда находили возможность помочь, подсказать, прикрыть от надоедливого патруля, дать денег, наконец… Это было чувство-открытие – приятное, неожиданное, а потом привычное. Так было до второй половины 80-х, а уже в 87-м на классах в Питере нам настоятельно рекомендовали приходить на занятия, прикрыв кителя гражданскими куртками-плащами.

Но первый раз с ненавистью к себе, к своим товарищам я столкнулся значительно раньше.


Скр-126 ошвартовался к топливному причалу №1 в Йоканьге – стационарному бетонному, с ржавым портальным краном на торце… «Штурман, додежурь до развода,» - я послушно нацепил повязку, портупею, принял ключи и удобно устроился в рубке дежурного. До развода оставалось 3 часа, механики елозили со шлангами, готовясь к приему топлива и воды. Сходню установили на полубаке, рядом с надстройкой, малая вода опустила корабль так, что сходня встала практически вертикально, с берега, значит, незамеченный проверяла не ворвётся, корабельное начальство закрылось в каютах… Самое время почитать – я достал томик фантастических повестей Шефнера, вот он, «Курфюрст Курляндии»…

«Что это вы, товарищ лейтенант, читаете на дежурстве,» - нагловато улыбаясь в рубку протиснулся старший матрос Строчкин, командир вахтенного поста у трапа. «Иди, Строчкин, к трапу бди, неси службу,» - обычно таких слов было достаточно, чтобы матрос-старшина бодренько или с ленцой (в зависимости от срока службы) отправился по назначению, но не сегодня.

«Да покажите, вам жалко что-ли…» - «Ну, посмотри-посмотри,» - и я повернул к нему книжку обложкой. «Шефнер, - лицо его посерьёзнело,- а что это вы Шефнера читаете?» Тут уж я взбеленился, закрыл книгу и принялся воспитывать нахального бойца, для начала заставив его подтянуть ремень, вернуть штык-нож в позицию «на ширину ладони от бляхи» и надеть бескозырку на два пальца отбровей. «Шагом марш, товарищ старший матрос,» - ухмыльнувшись своей двусмысленной улыбочкой и вихляя задницей, Строчкин отправился к сходне. Остаток дежурства я периодически ловил на себе его взгляд, тихо сатанея от непонятной злости…

Реминесценции
Война на Севере
pavel_vish
Из Вики:

После распада Австро-Венгрии в результате Первой мировой войны на политической карте оказалось два крупных немецких государства: Германия и Австрия. Последняя считалась нежизнеспособным и искусственным образованием ввиду своих небольших размеров и потери основных промышленных мощностей и сельскохозяйственных угодий.

Движение за воссоединение было весьма сильным с обеих сторон, особенно в период непосредственно после войны, однако оно искусственно сдерживалось странами-победительницами. В текстах Версальского и Сен-Жерменского договоров (1919) и Женевских протоколов (октябрь 1922) были статьи, запрещавшие аншлюс.[1]

В марте 1931 года правительства Германии и Австрии выступили с предложением о таможенном союзе. Однако страны-победительницы воспротивились этому.

Ничего не хочу сказать - всё и так понятно